Александр Иванович Козубовский

9 мая 2010 года

Адам Козубовский, сын
Волгодонская правда, № 53-54

В начале прошлого века семья моего отца, Александра Ивановича Козубовского (1903 года рождения, по паспорту — русского), проживала на территории бывшей панской Польши. Свой первый воинский долг отец отдал государству, в котором родился, жил и работал. На старой фотокарточке он снят в форме кадрового военнослужащего Войска Польского. Службу проходил в авиации, военная часть стояла в Кракове. Отслужил, вернулся в свое село Речица, в 60-е годы оно было переименовано в Вербовку. Женился, родилась первая дочка.

В 1939 году началась вторая мировая война. Первым объектом для нападения гитлеровских войск стала Польша. Была объявлена мобилизация. Отца призвали на фронт в сухопутные войска. Из истории мы знаем, что польская оборона была сломлена буквально за три дня, армия маленькой аграрной страны начала хаотично отступать. А 18 сентября президент, правительство и главнокомандующий, оставив войска, бежали за границу. Но польская армия не капитулировала, ее части продолжали сопротивление в изгнании.

Часть, в которой служил отец, хотели перебросить через румынскую границу в Англию, чтобы собрать силы для войны с Германией. Тем временем к румынской границе подошли части Красной Армии. Известно, что полякам был дан приказ не вступать в вооруженные столкновения с войсками СССР. Отец рассказывал, как между солдатами двух соседних стран произошла встреча в горах Румынии. «Вы что, воевать с нами хотите?» — спросила русская сторона. «Нет, не хотим», — ответила польская. «Тогда сдавайте оружие и возвращайтесь к своим семьям. Война для вас закончилась, раз власти у вас больше нет», — распорядились красноармейцы в буденовках.

На обратном пути мой отец чуть не попал в Катынь. Спас случай. Проводник поезда, на котором он с товарищами-односельчанами возвращался домой, поделился наблюдением: на такой-то станции всех военнослужащих снимают с поезда якобы для регистрации, но что-то никто после этой регистрации еще не возвращался. Вы, ребята, сойдите раньше, а поезд после догоните. Мой отец и еще один солдат так и сделали, а двое других не увидели в предупреждении ничего опасного. Больше этих двоих никто не видел, домой они так и не доехали. Позже стало известно, что на польской земле уже вовсю работал НКВД...

Вернулся отец в село, а там уже другая власть, советская. Землю забрали. Стали насаждать колхозы. Тем временем война разгоралась. И в 1943 году отца опять забирают на фронт, теперь уже в ряды Красной Армии. Отец попал в пехоту, а его брат, дядька Степан, — в разведку. Дома остались мать и шестеро детей. Фронт переходит из рук в руки, семья мечется. В какой-то момент мать сказала: «Нет, больше никуда не пойду, будь что будет!» В этот момент части Красной Армии закрепили линию обороны, которая проходила как раз через наше село. В нашем доме разместился взвод, а прямо в сарае стоял станковый пулемет, по соседству с коровником.

Где воюет отец, мы толком не знали. В мирное время из отца, бывало, слова не вытянешь про войну. «Не надо тебе этого знать, на войне ничего интересного нет, только кровь и грязь» — был ответ. Однажды он обронил: «Был я в Смоленске, когда мы гнали немца. Ни одного целого дома я в этом городе не видел». В 1944 году во время ночной атаки ему разрывной пулей раздробило руку. Повисла как плеть. Командир разрешил покинуть поле боя. Позже — госпиталь, сложная операция, в 45-м комиссовали, вернулся домой. Работал. В 60-е годы бежали от бендеровцев на Дон, в станицу Романовскую. Прожили с матерью 66 лет и умерли в один год.

В семейных архивах сохранилась фотография, на которой отец стоит в военном траурном карауле на похоронах генерала Ватутина, убитого бендеровцами. Генерал успел освободить столицу Украины.

Старшая сестра Оксана, 1925 года рождения, 17-летней девушкой была насильно отправлена в товарном вагоне в Германию. Дело было так. Отец вез дочку в больницу, та не ходила. Видимо, не знал, что в этот день людей угоняли в Германию. Лежачую Оксану, никого не спрашивая, подхватили прямо с телеги и кинули как вещь в вагон. По прибытии в Германию людей начали сортировать: здоровых — на фабрики и заводы, а квелых — в батраки к фермерам, у которых сыновья погибли или воевали на восточном фронте. Все четыре года Оксана проработала у одной пожилой немецкой пары, потерявшей на войне троих сыновей. Вместе с ней батрачили еще двое французов и двое поляков. Выучилась французскому, а польский и так знала неплохо. Семья попалась, в общем-то, незлобная, кормили нормально. Но, например, отношение к сбитым летчикам было у немецкого населения неодинаковым: американскому — сочувствовали, а над русским издевались, рассказывала после сестра.

Когда войска союзников и наши части освободили эту местность, Оксане хозяин предложил не торопиться уезжать на родину, а переждать, пока дороги наладятся. Так оно и вышло. Из трудового плена сестра вернулась с одним узелком.

История отца Раифы Егоровой
Юрий Федорович Янкович

Оформление подписки

Подпишитесь на рассылку и получайте информацию о новых событиях банка

Пресс-служба

+7 495 620-19-66

pr@voz.ru

101990, Москва, Лучников пер., д. 7/4, стр. 1

Банк «Возрождение» (ПАО), управление по связям с общественностью